ОМУТ, в котором погибли студенты, но из которого выплыли иные

«Обще­ствен­ная пози­ция»

(про­ект «DAT» №17 (381) от 4 мая 2017 г.

Тра­ге­дия по кру­гу

""

16 сен­тяб­ря 2016 года свет померк в гла­зах супру­же­ских пар Бегла­но­вых из Пав­ло­да­ра и Мау­лет­ка­ли­улы из Зай­са­на. В этот день их сыно­вья – сту­ден­ты-вто­ро­курс­ни­ки Евразий­ско­го уни­вер­си­те­та им. Н. Гуми­ле­ва Улбек и Тал­гар (на фото), кото­рым от роду было 18 лет, тра­ги­че­ски погиб­ли на строй­пло­щад­ке сто­лич­но­го жилищ­но-стро­и­тель­но­го коопе­ра­ти­ва (ЖСК) «Айнур-Аста­на».

КТО НА СТРОЙКЕ, КТО НА БЕНТЛИ

Ребя­та успеш­но учи­лись по гран­ту на пре­стиж­ном физи­ко-тех­ни­че­ском факуль­те­те, кафед­ра «Кос­ми­че­ская физи­ка». Улбек Бегла­нов пла­ни­ро­вал про­дол­жить уче­ту в США и уже оформ­лял доку­мен­ты. Увы, меч­ты уле­те­ли в небе­са вме­сте с ним…

Еще в совет­ские вре­ме­на сту­ден­ты в сво­бод­ное от уче­бы вре­мя под­ра­ба­ты­ва­ли и на строй­ках, и на раз­груз­ке ваго­нов. Этот вид дея­тель­но­сти тогда был одним из спо­со­бов их само­утвер­жде­ния: чув­ство­вать себя взрос­лы­ми и неза­ви­си­мы­ми. Нынеш­ним казах­стан­ским сту­ден­там сам Бог в лице наше­го пра­ви­тель­ства велел под­ра­ба­ты­вать на жизнь, чтоб не уме­реть с голо­ду. Сти­пен­дия Улбе­ка и Тал­га­ра была око­ло 20 тыс. тен­ге.

Совер­шен­но дале­ка от какой бы то ни было мыс­ли вбить клин соци­аль­ной роз­ни, одна­ко не будем хан­же­ство­вать: дети состо­я­тель­ных роди­те­лей, в том чис­ле из раз­ря­да, каза­лось бы, гос­слу­жа­щих, бес­пре­дель­ни­ча­ю­щие на бент­ли и геленд­ва­ге­нах, ваго­ны раз­гру­жать не ходят ради само­утвер­жде­ния. Роди­те­ли погиб­ших ребят – люди скром­но­го достат­ка, если не ска­зать более. Тал­гар – стар­ший из двух сыно­вей Муки­я­та Мау­лет­ка­ли­улы, Улбек – един­ствен­ный сын Сери­ка Бегла­но­ва. И не нуж­но ника­ких слов, что­бы понять, какие надеж­ды с буду­щим сыно­вей свя­зы­ва­ли их роди­те­ли.

РЕСПЕКТ АРТУРУ?

Судеб­ный про­цесс по уго­лов­но­му делу рас­смат­ри­вал­ся в Есиль­ском рай­он­ном суде №2 под пред­се­да­тель­ством судьи Кана­та Дуй­сем­би­е­ва и завер­шил­ся при­го­во­ром 7 апре­ля.

Уго­лов­но­го дела вооб­ще мог­ло не быть, ска­за­ли в глав­ном судеб­ном раз­би­ра­тель­стве отцы погиб­ших ребят, если б под­су­ди­мые изна­чаль­но про­яви­ли хотя бы эле­мен­тар­ное состра­да­ние и изви­ни­лись бы. Вме­сто это­го – попыт­ки обви­нить в про­изо­шед­шем самих погиб­ших.

Уго­лов­ное дело было воз­буж­де­но в день гибе­ли ребят. След­ствие шло ни шат­ко, ни вал­ко, как ска­зал в суде адво­кат одно­го из под­су­ди­мых Мей­рам Абдул­лин, «из рук вон пло­хо» – четы­ре меся­ца. Это ста­ло пово­дом для обра­ще­ний роди­те­лей погиб­ших в ДВД г.Астаны, орга­ны про­ку­ра­ту­ры, к депу­та­там пар­ла­мен­та, в СМИ, а затем – к гла­ве госу­дар­ства.

Из их пись­ма в редак­цию нашей газе­ты в нояб­ре про­шло­го года: «В ходе след­ствия не допро­ше­ны сви­де­те­ли, чьи пока­за­ния име­ют суще­ствен­ное зна­че­ние для дела, не про­ве­де­ны очные став­ки. Как потер­пев­шая сто­ро­на, мы не допу­ще­ны на след­ствен­ные дей­ствия. След­ствие затя­ги­ва­ет­ся без обос­но­ван­ных при­чин, все это спо­соб­ству­ет тому, что у ЖСК име­ет­ся воз­мож­ность сфаль­си­фи­ци­ро­вать необ­хо­ди­мые доку­мен­ты, уни­что­жить ули­ки и отра­бо­тать несколь­ко вари­ан­тов слу­чив­шей­ся тра­ге­дии. Более того, им дает­ся сво­бо­да в дей­стви­ях, они при­ни­ма­ют меры воз­дей­ствия на неко­то­рых сви­де­те­лей, ока­зы­ва­ют на них дав­ле­ние, что сей­час уже при­ве­ло к тому, что неко­то­рые рабо­чие поки­ну­ли город и не жела­ют являть­ся к сле­до­ва­те­лю. Более того, из бесе­ды с сотруд­ни­ком поли­ции так­же при­шли к выво­ду, что они не видят ниче­го тра­гич­но­го в дан­ной ситу­а­ции, даже про­скаль­зы­ва­ют наме­ки, что дока­зать винов­ность руко­вод­ства ЖСК будет непро­сто».

Мы воз­дер­жа­лись от вме­ша­тель­ства в ход досу­деб­но­го след­ствия, как того тре­бу­ет оте­че­ствен­ное зако­но­да­тель­ство, дабы избе­жать вся­ко­го рода инси­ну­а­ций. Но пола­га­ем, дви­же­ние пошло после выхо­да в эфир ана­ли­ти­че­ской про­грам­мы извест­но­го теле­ве­ду­ще­го и депу­та­та мажи­ли­са пар­ла­мен­та Арту­ра Пла­то­но­ва «Порт­рет неде­ли» на КТК, кото­рый опе­ра­тив­но отре­а­ги­ро­вал на обра­ще­ние отча­яв­ших­ся было роди­те­лей. За что ему спа­си­бо! Депу­тат-жур­на­лист более защи­щен в отли­чие от нас, «про­стых смерт­ных» от жур­на­ли­сти­ки.

КАК ЭТО БЫЛО?

Отве­чая на этот вопрос, каж­дый под­су­ди­мый «кулик» – все­го их трое – защи­щал свое «боло­то», и, сло­жи­лось впе­чат­ле­ние, слиш­ком мно­го было лжи и лукав­ства.

Так, соглас­но обви­ни­тель­но­му акту, один из под­су­ди­мых Адиль Еркин­бе­ков, одно­курс­ник Улбе­ка и Тал­га­ра, с кото­ры­ми он про­жи­вал в одной ком­на­те обще­жи­тия ЕНУ, пред­ло­жил им под­за­ра­бо­тать на строй­пло­щад­ке ЖСК «Айнур-Аста­на» на чер­но­вых рабо­тах. Яко­бы об этом его попро­си­ла тетя – и.о. пред­се­да­те­ля ЖСК Ана­ра Аль­жа­но­ва. Ребя­та согла­си­лись. С вече­ра 15 сен­тяб­ря сва­ри­ли греч­не­вую кашу на «тор­мо­зок», утром сло­жи­ли в рюк­за­ки чаш­ки-лож­ки, смен­ную одеж­ду и обувь для рабо­ты.

Вот с это­го обсто­я­тель­ства и начи­на­ет­ся лукав­ство. В сво­ем послед­нем сло­ве под­су­ди­мый Еркин­бе­ков про­ле­пе­тал: «Моя вина в том, что они (Улбек и Тал­гар – D) пред­ло­жи­ли мне пой­ти, я согла­сил­ся». Но кто кому пред­ло­жил? Улбек с Тал­га­ром – Адилю, или он – им? Погиб­шие знать не зна­ли его тетю, точ­но так же, как она их.

Далее. Так и остал­ся невы­яс­нен­ным вопрос: с чье­го раз­ре­ше­ния на тер­ри­то­рию охра­ня­е­мо­го объ­ек­та про­шли ребя­та? Допро­шен­ные в ходе след­ствия и судеб­но­го раз­би­ра­тель­ства сви­де­те­ли в один голос твер­ди­ли: тер­ри­то­рия охра­ня­е­мая, без спе­ци­аль­ных про­пус­ков на тер­ри­то­рию никто попасть не может. Посто­рон­них охра­на про­пус­ка­ла толь­ко с раз­ре­ше­ния началь­ства. А началь­ство, гово­ри­ли они, – это Ана­ра Аль­жа­но­ва – глав­ный фигу­рант уго­лов­но­го дела, обви­няв­ша­я­ся по трем ста­тьям Уго­лов­но­го кодек­са РК: 156 ч.4 – Нару­ше­ние пра­вил охра­ны тру­да; 254 –Недоб­ро­со­вест­ное отно­ше­ние к обя­зан­но­стям; 277 ч.2 – Нару­ше­ние пра­вил без­опас­но­сти при веде­нии гор­ных или стро­и­тель­ных работ, если это повлек­ло по неосто­рож­но­сти при­чи­не­ние тяж­ко­го или сред­ней тяже­сти вре­да здо­ро­вью чело­ве­ка. В суде она отне­ки­ва­лась: при­е­ха­ла на объ­ект, встре­ти­ла там пле­мян­ни­ка (Еркин­бе­ко­ва – D), он ска­зал, что при­шел вме­сте с дву­мя дру­зья­ми, а зачем и поче­му – не спра­ши­ва­ла.

Почти до завер­ше­ния судеб­но­го рас­сле­до­ва­ния в воз­ду­хе висел вопрос: зачем же ребя­та при­шли на строй­ку? В пись­ме в редак­цию роди­те­ли погиб­ших Улбе­ка и Тал­га­ра ука­зы­ва­ли: подо­зре­ва­е­мая сто­ро­на утвер­жда­ет, что они с высо­ты 20-го эта­жа хоте­ли полю­бо­вать­ся объ­ек­та­ми ЭКСПО-2017 и сде­лать сел­фи. Но зачем тогда вари­ли кашу, сло­жи­ли в рюк­за­ки смен­ную одеж­ду и обувь? Как так полу­чи­лось, что на руках одно­го из них на месте гибе­ли ока­за­лись рабо­чие пер­чат­ки?

Рабо­чую спец­одеж­ду, как пра­ви­ло, выда­ет служ­ба, отве­ча­ю­щая за тех­ни­ку без­опас­но­сти. На объ­ек­те ЖСК «Айнур-Аста­на» ответ­ствен­ным за нее был Рамиль Ахме­ров – инже­нер по под­го­тов­ке про­из­вод­ства, по сов­ме­сти­тель­ству началь­ник участ­ка, и вто­рой под­су­ди­мый, кото­ро­го след­ствие обви­ни­ло по двум ста­тьям УК РК – 156 ч.4 и 277 ч.3. И хотя он тоже отри­цал свою при­част­ность к гибе­ли сту­ден­тов, на допро­се в зале суда, уви­дев про­де­мон­стри­ро­ван­ный ему фото­сни­мок с места тра­ге­дии, где на руках Тал­га­ра чет­ко вид­ны рабо­чие пер­чат­ки, сник и при­знал, что такие пер­чат­ки выда­вал.

Что каса­ет­ся тре­тье­го под­су­ди­мо­го, Ади­ля Еркин­бе­ко­ва, обви­няв­ше­го­ся по ст.104 ч.2 УК РК – При­чи­не­ние смер­ти по неосто­рож­но­сти двум или более лицам. В ходе досу­деб­но­го след­ствия раз­но­ра­бо­чий Ермек Сызды­ков гово­рил, что Адиль Еркин­бе­ков пре­ду­пре­ждал его, что при­дут «космонавты»-студенты, будут помо­гать делать клад­ку кир­пи­ча и выво­зить стро­и­тель­ный мусор. В суде этот сви­де­тель «пере­обул­ся» в шута.

Из пока­за­ний дру­го­го сви­де­те­ля – Ман­жо­са: глав­ный чело­век на строй­ке –Ана­ра, на стро­и­тель­ный объ­ект по ее уст­но­му ука­за­нию мог­ли прой­ти и лица и без про­пус­ков; стро­и­тель­ный подъ­ем­ник рабо­тал посто­ян­но, но часто ломал­ся, гово­ри­ли, что непо­лад­ки в дви­га­те­ле.

16 сен­тяб­ря он услы­шал звук рабо­та­ю­ще­го дви­га­те­ля подъ­ем­ни­ка и видел, как Адиль дер­жал в руках пульт и нажи­мал на кноп­ки. Через неко­то­рое вре­мя послы­шал­ся очень гром­кий стук, он уви­дел, что подъ­ем­ник упал, там были люди, а рядом нахо­дил­ся Еркин­бе­ков. Слы­шал, как про­раб Ерке­бу­лан Сын­ды­ба­ев ругал Ади­ля и кри­чал на него: «Что ты наде­лал?».

Из пока­за­ний про­ра­ба вен­ти­ля­ци­он­ной систе­мы Сын­ды­ба­е­ва: «Воз­ле про­раб­ской при­мер­но в 11 часов уви­дел тро­их моло­дых ребят, один из них –пле­мян­ник Аль­жа­но­вой, они были рядом с про­ра­бом Ахме­ро­вым, про­шла Аль­жа­но­ва в сто­ро­ну бло­ка № 2».

Охран­ник Мере­ке Сызды­ков гово­рил, что в день тра­ге­дии сту­ден­ты про­шли на тер­ри­то­рию с раз­ре­ше­ния Аль­жа­но­вой, а води­тель Ска­ля­пов ска­зал ему, что сту­ден­ты будут про­во­дить рабо­ты по клад­ке кир­пи­ча и что он сам видел, как двое сту­ден­тов нес­ли в руках трос, и он понял, что они нача­ли про­во­дить какие-то рабо­ты. При­мер­но в 11.20 услы­шал гро­хот, побе­жал и уви­дел рядом с подъ­ем­ни­ком Еркин­бе­ко­ва. А 19 сен­тяб­ря, когда нача­лись след­ствен­ные дей­ствия, Аль­жа­но­ва про­си­ла его, что­бы он в поли­ции ска­зал, что ниче­го не видел.

Допро­шен­ные в каче­стве сви­де­те­лей води­тель «ско­рой помо­щи» Б.Бажимов и врач А.Абдулла так­же под­твер­ди­ли, что, когда при­е­ха­ли по вызо­ву на стро­и­тель­ный объ­ект и кон­ста­ти­ро­ва­ли смерть ребят, парень в очках (Еркин­бе­ков – D) им ска­зал, что они сту­ден­ты ЕНУ и при­шли под­ра­бо­тать. Кро­ме того, эти сви­де­те­ли пояс­ни­ли, что там была жен­щи­на (Аль­жа­но­ва – D), кото­рая учи­ла это­го пар­ня, какие пока­за­ния надо давать, а сама все вре­мя гово­ри­ла по теле­фо­ну кому-то: «Это я вино­ва­та».

ТЕНЬ ПОГИБШИХ КАК УКОР СОВЕСТИ

Мож­но дол­го гово­рить о ситу­а­тив­ных момен­тах судеб­но­го про­цес­са, в том чис­ле и о том, как его вел пред­се­да­тель­ству­ю­щий судья Канат Дуй­сем­би­ев. Про­цесс он гнал ста­ха­нов­ски­ми тем­па­ми – быва­ли дни, когда с пере­ры­вом на 15–20 минут слу­ша­ния завер­ша­лись в 22 часа, что явля­ет­ся гру­бей­шим нару­ше­ни­ем тру­до­во­го зако­но­да­тель­ства. Участ­ни­ки судеб­но­го про­цес­са и род­ствен­ни­ки потер­пев­ших нахо­ди­лись на гра­ни фола и едва не пада­ли в обмо­рок. По про­це­ду­ре потер­пев­шая сто­ро­на заяв­ля­ла хода­тай­ства об отво­де ему, кото­рые его же кол­ле­га­ми откло­ня­лись. Ворон воро­ну глаз не выклю­ет.

По жесто­ко­му сте­че­нию обсто­я­тельств судеб­ный про­цесс по уго­лов­но­му делу про­хо­дил в зале, окна кото­ро­го выхо­дят пря­мо на те самые два объ­ек­та ЖСК «Айнур-Аста­на», где обо­рва­лись жиз­ни ребят, воз­мож­но, буду­щих бле­стя­щих пред­ста­ви­те­лей ново­го поко­ле­ния казах­стан­цев – если не уче­ных, так управ­лен­цев в кос­ми­че­ской сфе­ре, кото­рая сего­дня в нашей стране отда­ет­ся на откуп кому угод­но, толь­ко не «кос­мо­нав­там».

И навер­ное, надо понять эмо­ции в суде. Отец Улбе­ка – Серик на засе­да­нии перед огла­ше­ни­ем при­го­во­ра пре­ду­пре­дил под­су­ди­мых: мы будем при­хо­дить к ЖК «Айнур-Аста­на», будем сто­ять мол­ча – как укор вашей сове­сти, тень наших детей не даст вам спать спо­кой­но.

(Про­дол­же­ние сле­ду­ет)

Жума­би­ке ЖУНУСОВА,

«D»